Централизованное отсутствие повестки

«...Искусство со стороны его высших возможностей остаётся для нас чем-то отошедшим в прошлое. Оно потеряло для нас характер подлинной истинности и жизненности, перестало отстаивать в мире действительности свою былую необходимости и не занимает в нём своего прежнего высокого положения, а, скорее, перенесено в мир наших представлений», — так Гегель фиксирует враждебность капитализма эстетической деятельности в своей «Этике».

В актуальности данного утверждения убедилась часть нашей редакции, посетив коллективную выставку «Децентрализация» студентов Московской Школы Современного Искусства и «Британки» на Винзаводе.

Название выставки чётко обозначает тему, которую поднимают художники, но, посетив выставку, мы так и не поняли, каково отношение авторов к данному явлению и какие варианты развития данного явления они предполагают.

Казалось бы, описание выставки носит негативный оценочный характер децентрализации: «Размышляя о современном человеке, находящемся в поиске себя и своего места в жизни, в уме всё чаще возникает концепция фрагментированности индивидуума, расщепления человеческой личности. Это касается не только индивидуума, но и общества в целом. И сейчас мы видим явные признаки разобщённости, тенденции к распаду и дроблению ранее образованных сущностей».

Первое, что бросилось в глаза, — зелёный газон рядом со входом и монитор над ним, на котором воспроизводится видео с девушкой, гуляющей по лесу. Этот экспонат рассказывал нам о том, как сама художница справляется с психологическим давлением как следствием децентрализации.

Вообще там было множество странных предметов искусства, например, какая-то а-ля газовая камера с большим экраном, где многим было тяжко находиться. А ещё будка с множеством зеркал и цветным освещением, напоминающая аттракцион в парке развлечений, в описании которой рекомендовалось там сфотографироваться, выложить в сеть и поставить хэштег. Мы так и не поняли, насмешка ли это над торгашеским и рекламным характером современного искусства или автор не стесняясь опустил все ценности искусства, сведя цель своего произведения исключительно к пиару.

Прибывая в некоем недоумении и неопределённости впечатления от сей выставки, мы решили пообщаться со смотрительницей выставки, и, как выяснилось позже, — одной из участниц выставки.

На вопрос отношения художников к децентрализации и разобщённости общества, девушка сказала, что ни у выставки в целом, ни у каждого отдельно взятого художника нет оценочной позиции к данному явлению. Мы поинтересовались, для чего тогда вообще всё это. Девушка ответила, что современное искусство обладает безоценочным характером. Его цель — побудить зрителя к рефлексии или получить отклик тому или иному переживанию. «...Если зритель словил инсайт, произошёл „дзынь“, то хорошо, если нет, то нет» (примерная цитата). Одного из членов редакции очень удручил этот «дзынь» и он ответил, что всегда предполагал, что цели искусства куда глобальнее, чем какой-то «дзынь».

Все рассуждения девушки сводились к субъективности всего на свете и отсутствии конкретной истины, что не удивительно, ведь такого рода мнение нынче активно бытует в обществе.

Полное отрицание влияния и взаимосвязи политики, экономики и прочих важнейших факторов и искусства, отсутствие таких понятий, как базис и надстройка, невиденье причинно-следственных связей и исторического развития в искусстве. А лишь какие-то отрывки вроде «даже Врубель писал автопортреты, так и мы — современные художники — привносим частичку себя в свои произведения» (примерная цитата). Что цели и мотивы Врубеля, объективные и исторические обстоятельства создания его картин совершенно другие — девушку не волнует, она довольствуется ассоциативной пустой аналогией. Художник не может не оставлять субъективный отпечаток в своём произведении — это и без автопортретов Врубеля очевидно, ведь любой продукт человеческой деятельности не обезличен и неизбежно имеет в себе как след объективных обстоятельств, так и почерк автора. Это относится не только к произведениям искусства.

Так и не получив желаемых ответов на наши вопросы, мы поблагодарили девушку за дискуссию и попрощались.

Лёгкое разочарование, но ни капли удивления не вызвала у нас данная выставка.

Проблема обособления искусства от «простого человека», восприятие эстетической деятельности как нечто обособленное, характерное исключительно для искусства явление, аморфность по форме и содержанию, выражающая всеобщую кашу в голове, вовсю сочатся из произведений современного искусства.

Искусство нынче служит одним из социальных лифтов — благодаря своему таланту, если повезёт, простые смертные могут стать более приближёнными к элите, обслуживая её посредством производства рекламы, чем косвенно или напрямую занимается большинство современных художников, как только они включают свою творческую деятельность в систему общественных отношений.

Либо можно пойти по пути аукционов и выставок, стремясь само искусство сделать как можно более дорогим товаром. Как и в любой деятельности в капиталистическом обществе — измерить её успешность деньгами. Осмелимся предположить, что Жан-Мишель Баския недавно был самым дорогим художником, чтобы всем беднякам дать ложный лучик надежды на лучшую жизнь.

Собственно это и является программой максимум современного искусства — стать дорогим товаром, а программа минимум, видимо, — «дзынь»!

На фото представлена интерактивная инсталляция, которая должна была показать то, как искажается информация по мере передачи между индивидуумами, проще говоря — игра в «сломанный телефон». Мы же решили привнести туда идею, которая поможет покончить со сломанным телефоном и сплотить общество.

6tYRxE7hUCM.jpg
CgsjpQEsj04.jpg