PqbStPknOn8.jpg

ДЕНЬ СТЕКЛОДУВА ИЛИ ТЯГА ЛАМПЫ

все персонажи и события вымышлены

Данный текст автор нам прислал в очень непричесанном виде. Пришлось пару дней отделять слипшиеся слова и фразы, расставить хотя бы часть запятых в огромных, насыщенных деепричастиями и повсюду выскакивающими на пути вводными словами, предложениях. Где то подправили вопиющие обрывы абзацев и заменили спутанные слова, но это минимально отразилось на строении текста – лишь для того, чтобы облегчить для читателя восприятие этой, не совсем маленькой одиссеи на скором поезде вглубь себя. Анатомия лирического героя обнажает его страхи, в попытках бежать от которых он пытается стать тем, чем не является его тонкая и ранимая подобно сбежавшей из зоопарка в злой мегаполис панде, личность. Погружая себя в эйфорический мир полублатных «обалбешенных» нарко-гопов, он обнаруживает себя еще более обнаженным. Он пытается оправдать себя, но больше анализирует и ищет знаки, раскладывая это лето на эпизоды…

Хуендрыги на палевее ждут возмездия вселенной.

ДЕНЬ СТЕКЛОДУВА ИЛИ ТЯГИ ЛАМПЫ

Посвящаю другу детства Давыду, сбросившемуся из окна своей лоджии минувшим летом 17-го года.

 

"Дизайнерский" не за цвет и сладковато-медицинский вкус или кристаллические производные продукции, а именно за диктаторское оформление каждого момента состояния опьянения, бесцеремонное хозяйничанье по психике, мозгу, рассудку и сознанию, идентично-неэксклюзивное

для большинства потребителей, человек, втянувшийся незаметно, обнуляется по своим прежнимувлечениям и общению, мотивируясь в реальности по трамплинно-тоннельному мышлению самообманчиво-самоанализовому, псевдо-самокритическому и всеоправдывающему ключе поиска вещества. Хуендрыги.

 

Хуендрыга - сленговое название как дешевых китайских стимуляторов-эйфоретиков (кокаин для нищих), так и самих потребителей, называющихся аналогично - хуендрыгами, гусями, солевыми, рысями, ищейками, собачками, и т.д. Не особо престижно котируемый стаф в молодежи, а в уличных понятийных кругах строго запретный, как примерно героин в 90-х- начале 00-х. Хуендрыга стартовала в 2009-2010-м как "Банкол" в пакетиках соль для ванн и как отрава для насекомых в цветочных киосках, когда закрылся мощный таджико-афганский трафик героина в России.

 

Запрет, пришедший на улицы из лагерей, мест "не столь отдаленных", исправительных колоний, где двое пересолившихся бывших "уважаемых авторитетов" докатились по солевой лавочке до открытой педерастии, что впрочем могло быть их истинным внутренним состоянием, скрываемым и подавляемым из-за предрассудков и осуждений в понятийных и обывательских закомплексованно- нормалистичных кругах. А отличительной особенностью (дизайнерской или нет) является сыворотка правды, то есть на приходах(эйфорично-вдохновенной сентименталочке) бывает невозможно скрыть внутренние состояния, даже самое тщательно скрываемое по трезвости в остальной жизни, даже самое запретное становится очевидным или выкупным, саморазоблачительным.

 

Но судя по личном наблюдениям, эпидемиологическим масштабом двигающимся в массовое бессознательное бесконтрольное потребление. Прожарившись месяцок на лампе, понюхав блюберри(голубая, мягкая сладковатая опиоидная соль) , выйдя на улицу пропесоченный на тягах и чутка притормозив на пару недель , с пристальной грустью на минутку задумавшись:

- А стоит ли оно того бля? - пройдясь/проехав на велосипеде по своему городу, начал замечать, сколько авто (предпочтительно отечественных, но не всегда), едут с выкрученными частично или полностью задними лампами фонарей или вообще без них (на одном подсвеченном номерном знаке ибо в нем стоит не годящаяся под кустарное курение мелкая галогенка), когда срочно нужен был бонг, все лампочки-габаритки скурил до черноты сам балбес-хозяин.

 

Как многократно и не объяснимо поднялись продажи вышедших из моды ламп накаливания, как авто-габаритов, так и стационарных домашних лампочек и обогатились их производители минизаводиков, который вроде бы один где-то или пара оставшихся по области, и фольги пищевой, кстати, причем чаще не столько в рулонах, сколько в самых маленьких шоколадках "Аленка", которые продавать стали чуть ли не по четыре рубля за штуку и размер их стал в виде двух мини-плиток.

Образ женщины-хуендрыги можно описать как гипертрофированная крыса, вдвое-втрое коварней

самых жадных блатных мальчишек, (сексистофобы- дрочите жопы) чаще быстрее опускаются до раздвигания ног за кайф или во время кайфа (сразу после жирного плотного напаса лампы очень

сладко дать такой в рот например), обманывают всей душой, могут подставить и продать за осьмушку куба или леденец в лампе. Становятся гипер и мульти-оргазмичными, хотя и мужской оргазм у кого-то эйфоричнее (судороги головастика). Но стоит добавить, что как побочный эффект после таких сладострастий: "обычный" секс совсем не так интересен и опять же "химические дизайнеры" просчитали, что от начавшейся дисфункции, фригидности и импотенции индивидуум снова ринется искать коварное снадобье, чтоб ебаться ярче под кайфом. Как выносил страстнейшее навязчивое либидо расчесанное до эксбиционализма, как ехал на приходе от Краснелли с начатой лампочкой с запыленными голубой солью ноздрями, но молодых проституток, стоящих на «южке» возле инфекционной больницы, уже не было. Проехав несколько остановок до развязки, чтоб снять вафлю постарше, не дождавшись, и пропустив весь приход нереализованного либидо, дрочил голый один на заднем кожаном сиденье машины в предрассветный час, возбуждаясь то от возможного обнаружения прохожих и ментов, то представляя как нежно, но преступно публично ебу любимую, после сикая в бутылки от минералки, то иссякнув обезвоженный с докуренной лампы, брел по заре в алкашный бар за минералкой и сигами с колпачком и кнопкой, рядом с домом, расталкивая алкашей, облокоченных о мою машину, не заметивших сквозь бликующие передние и тонированные задние моих одиноких психопатических оргий, после собрав остатки адреналина в горсть, стремительно-обалбешенно несся домой через параллельный дом, где уже палил пронзительный судный рассвет, шли похороны некого генерала или еще кого-то высокопоставленного в мире живых системных машин, шествие начиналось под помпезные трубы и барабаны оркестра, играющего похоронного Шопена как раз под мой отъезд на работу. Ошарашенный от знаковости символизма такой помпезности траура будто хоронили меня, или нечто уже с каждым разом все отчётливее намекало:

 

- ТЕБЕ ПИЗДЕЦ, остановись парень!

 

Но я не мог тронуться, ожидая, когда проедет их колонна, сидя в жаркой пыльной машине, воняющей спермой и сладким порошком, много куря и выпивая воды, чтоб сбить волнение.

 

Тронулся, наконец, развеивая мрачный отходос быстрой ездой с открытыми окнами, спасаемый лишь модным вельветовым костюмом с белой рубашкой и желтыми эйфоричными очками, скрывающими бешеный взор с вальяжной поволокой от психостимуляторов.

Сколько битых вывернутых интернет узлов, электрощитков, проводов, почтовых ящиков в подъездах, сколько стадно пасущихся в странное время подозрительных молодых людей с выпученными обалбешенными глазами, иногда даже беременных на 9 месяце (была и такая), ищущих, устремленных вниз обычно прозрачными опустошенными взорами, играющих на публику роль неких электриков, или типа установщиков инета, дворов с посеянными на лужайках и тропинках пакетиках синих/черных изолент, будто кто-то нашедший клад, тут же жадно съел, втер в ноздри, в глаза, внюхал целый полик или грамм в себя резво и убёг наутек, пока смотрящие за двором гопники и обывалы не побили или не испугали, самоутверждающиеся на таких (бывает жлобье с камерами или палящих на камеру наблюдения полезные госплану стукачи), или не отняли его скоропостижное сокровище, а в последнее время алчных кинологов - научающих своих питомцев наркоищейству и халявно самоуничтожающихся самих в солевых дворах или того пуще, лесо-полосах с трафик-линией кладов по координатам широт/долгот с особых сайтов даркнета.

 

Сколько заложенного имущества, краденного у отца, матери и прочих близких в районе (470-550 т.р), потерь зубов, спермы и мышечной массы (прежде усердно трудоемко и активно наращиваемой) арест машины- третий за летне-осенний период и похоже пожизненный, суд и постановка на учет, сулят мне унижения, либо большие лишения и вынужденные оскудняющие аскезы, либо, если не остановлюсь - полный спуск на местное наркоманское днище с тромбозом, фурункулезом, гнилыми ногами, серо-зелёными лёгкими и вечно обалбешенной головой и в окно к "перелетным" друзьям.

 

Этот мир захватила чума, убереги хотя бы своих детей! (предлагая взамен нечто большее, светлое, вытесняющее! А не запрещая им, только грея тягу!) И не давайте лучше читать им этот рассказ, который может как насторожить и опрометчиво отвратить, так и втянуть в употребление как любая антинарко-пропаганда, созданная для борьбы, действующая как запретный, манящий похотливую юность плод.

Как и в 2016-м, весной с Ринатом провели примирительный разовый ре-юнион концерт, на бывшем тканезаводе, после мутили акции типа «День хаоса» в апрель и «Улетай" 1 го мая.

 

После таких ярких проявлений, заскучав изрядно на гос. работе, начал шабашить с бывшим коллегой по сушизму гопо-йогой на загородном строительстве в восточном пригороде. Лепили плюшки, не торопясь, конопатили баню, я начал ездить на велике, получалось километров по 40 в день, в принципе, не тяжело, учитывая весну и солнечный май.

 

Но в одну из обманчивых, ветреных жарищ застудил поясницу, еле ходя, стал придвигаться на машине, а после и вовсе перестал работать, но изрядно прибухивал с плохо влияющими личностями. Одним из таких, мутным и выписавшимся из реабилитационного лагеря «12 шагов» Тимодей начали гонять к нему на дачу, чуть ближе находящуюся в районе Высокой Горы, там начал делать ему туалет, сломали-разобрали старый, купили новый, обманув его маму, вдвое получив навар на плюшки и пивас + бумеру % на бенз.

 

Но как-то спустя недельку такой расслабленной уже летней июньской жизни, распоясавшись, поехав после пары банок пива за рулем разжиться гашлом в город, в тесном проезде двора, где обитал барыга, чиркнулись крыльями в соседнем дворе с каким то типом рыжим, но ловко разрулили на месте, надавив втроем уличной манерой и числом людей, порешали на залоге прав, я ему раскидал 5 неполных тысяч через неделю, хотя пробив у старших, узнали, что те назидательно посоветовали кидать типа, он им не был полезен хотя и вреден тоже, обычный фуфел, мужик непацан, но я решил по человечески из-за его понимания и не слива ментам, а буквально после этого, на отдохнувшей и запыленной любимым райским смолистым тополиным пухом старой 39-й бэхе 5-ке цвета "космос" позвали снова на дачу, со мной были его старший товарищ, качок и дилер, по совместительству смотрящий за молодежью одной из местных ОПГ. Который подогнал на хранение целый куль кристалла и спайсового реагента, что, естественно, не оттолкнуло нас от многократных дегустаций этого лихого багажа. Так мы впали в кому на пару недель, у меня отнялась на пару дней одна нога и как-то, передолбив риги, уснули втроем прямо на балконе. Я, облокотясь о стекло, приставленное к карнизу лоджии, проломил его прислонившимися коленями и проснулся в крови ,через сутки у себя на кухне с двумя этими типами, вокруг на столе и полу были лужи сладкого, засохшего плотной пленкой чая и рассыпанной соли.

 

Еще один эпизод можно описать, как будто сверху погрозили пальчиком, на этот раз это « Утю-тю!» было чуть построже, после очередных лампочных прожарок кристаллами, которые мы той же компанией, только к нам периодически присоединялся сосед по даче и талантливый щипач Балдос- Лампос, проходивший с Тимодей реабилитацию в «12 шагов». Выехали с дачи припитыми аккурат после установки туалета. Я помню, что был менее пьяный, нежели удутый гашлом и реагентом спайса, который на халяву сладкий, а так я никогда не понимал этот вялый мажущий эффект тяжеловатый, а Тимодя как раз только припив водочки в честь прошедшего своего д.р., выпросил в честь его же руль моей тачки и мы поехали авантюрно и отчайски радостно в город и, конечно же, сразу на выезде с дачного общества "Губители Природы" нас встретили нарядные полиционеры и раскидали по сутям Тимодю как виновника, отказавшегося от освидетельствования в отдел, нас лампосом отпустили домой пешком, тачку после полного шмона, мазков криминалистов-анализов на порох, оружие, запрещенные вещества, погрузили на эвокуашку, отправили на штрафную стоянку, где она простояла целый месяц, как ценная вещественная дока. Вернее, мне ее отказывались отдавать ушлые татарские полицаи, надеющиеся таким шантажом поучить Тимодю с признаниями и положительными анализами медосвидетельствования на наличие тяжких веществ.

 

После впали в очередную кристаллическую кому на несколько дней, правда, уже без машины. Опишу один основополагающий, корневой случай этой солевой одиссеи.

 

В один из жарких, но очень ветреных июльских дней из закромов и сусеков Тимоди выскреблось очередные пол грамм хуендрыги (далее вместо терминов кристалл и соль буду называть вещь её именем, как-то проще и народней наверное).

 

Курили плотно втроем, у Давыда дома кто-то из них замутил три лампочки, по одной на каждого, чтоб начислять порции порошка для плавки озёр и не ждать сладкого дыма подельника, а плавить свою ртуть и выпаренным туманом пропитывать свою разрушающуюся на глазах реальность. Этот эффект не сложно описать, это как резко просыпаешься, хорошо поспав, обновленный, но резвее и бдительнее обычного, либо ловя состояние яркой расслабленной мажущей безмятежности и упоительного покоя, сменяющегося сентиментальным общением с периодической кратковременной амнезией.

Ребята решили классно уколоться. Давыд достал пару баянов, я, естественно, был против, и наблюдал с равнодушным отвращением ихние попытки инъекций и грызни по поводу неправильной готовки раствора для них друг-друга, а именно: Давыд запараноил (возможно не беспочвенно),что расшалившийся Тимодя смешал ригу с крысой(хуендрыгой), то есть концентрированный реагент для приготовления спайсухи и соль или карфентанил, что делать категорически неприемлемо и даже самые перегоревшие нарики этого избегают, а Тимодя, видимо смешал в куб Давыда, с вероломной целью погубить соседа или проверить эффект, что не менее хуево, конечно!

 

Давыд рассверепев:

 

- Ты чо, сука, тварь, решил меня досками заколотить раньше времени?

 

Тимодя просто огрызался:

 

- Иди нахуй, сдался ты мне, конченый! Мне волей-неволей стало душно, после нескольких напасов лампы вдруг заподозрил, что и мне коварный татарин намешал дерьма тоже. Я достал бэлон пива жигуль, то ли просроченного, то ли полувыдохшегося, выпил почти всю полторашку в одного, после выскочил на балкон, почувствовав, что сгущенная до помутнения кровь заливает мозги, глаза мрачной тяжкой негой, и выблевал весь пенный напиток наряду с полупереваренными варениками и рыбой в тазик для белья или прищепок, после решил, что не эстетично так оставлять, выбросил рвоту с балкона на проклятую крышу злополучного «Сбербанка», находящегося в первом этаже дома, выходящего на остановку и проезжую часть улицы знаменитого героя – поэта-антифашиста времен

В.О.В.

 

А тем временем Давыд, как я понял, то ли замутил себе новый раствор, то ли сыграл в рулетку, поставившись Тимодиным гостинцем, а сам Тимодька, тыкая безуспешно в смуглую длинную кисть бывшего барабанщика, беспомощно пытаясь попасть хоть в одну вену, матерной бранью поливал Давыда, от чего тот огрызался сильней, тучи нагнетались, атмосфера явно сгущалась и я решил откланяться из данного общества домой, где, прокачавшись пивом, отошел, и мы уже дальше вдыхали расплавленные злополучные вещества, от которых немел язык, нёбо и гортань, было тошно-сладко и эйфорично бояться и беседовать по душам на псевдосентиментальном приходе опиоидной хуендрыги. Клонилось к вечеру, у Дабычи пришли предки с работы, и нам оставалось передвинуться в подъезд, где и замирали от каждого шороха и сокровенно пытались излагать псевдо эксклюзивные идеи и мысли отравленного дешевыми стимуляторами рассудка.

 

Добивая последнее зелье на фольгерах, так как лампочки уже, видимо, закопчены и прожжены, Давыд попрощался с нами со словами:

 

- Курите пацаны, летайте! А мне пора…

 

После нам стало от чего-то невмоготу больше находиться в нашем с ним подъезде, вернее, скорее мне, ибо мои родители возвращались уже скоро и могли нас запалить и испугать в таком состоянии, решили переместиться в другой падик, в соседний дом к старому хуендрыге и рецидивисту - грабителю Рампуле, который, довыпарив наши застывшие на фольге капельки ртути, откопал где то пятулю химки, которую убеждающе называл винтом, пропитанным в сене. Приход от него был  релаксирующий и мягкий, не было как от солежадного желания догона и мы просто позалипали часов 5, глядя невозмутимо, глумлясь над изменочным Рампулей, который метался к лестничному пролету то и дело паля вход в падик и лестницу на наличие наряда полиции, якобы пасущего его бесценную персону день и ночь. Погода менялась, ветер усиливался, моросил мелкий дождик незаметно из-за надвигающейся бури, которая разбрасывала его по поверхности этой точки планеты, то хаотично, то как придется, порывисто и остервенело хлёстко.

 

Разошлись, не заметив провала во времени от так и не успокоившегося Рампули по своим домам под утро часа в 3, я почему-то невольно услышал шелест и шарканье казенных ног по лестничному бетону нижних этажей. Высунувшись, увидел часть темно-синего кителя, решил на всякий случай укрыться за своей межквартирной железной дверью и выглянуть в глазок или в щель её приоткрытую, когда серый тип приблизится к этажу, но я вышел на площадку, ощутив перепесоченным обостренным слухом, что шаги утихли на площадке ниже аккурат на давыдовской клетке. Закралась мысль сначала, что Давыд опять кого-то из местных выпорол или наказал и тот потерпевший бедолага настучал участковому, но краем сознания гнал от себя реалистично колко-кровавую мысль, что тот мог улететь, и стоит выйти проверить крышу того самого коварного «Сбера», которую видно из подъездных форточек, но не решался, из-за возможной опасности своей шкуры от целого наряда полицаев, подозревая, что они и по мою душу могли рыпнуться к нам на адрес. Так я решил повременить и вернулся к себе, зайдя на кухню, которая выходит окнами на двор, услышал недовольную от подневольного пробуждения бранную речь косноязычных ментов, пасущихся у козырька подъезда, и двух спасателей, обходивших дом на внешнюю сторону через арку, тут меня конкретно пропесочило от ужаса и метания самых мрачных подозрений, творящихся в сознании, закравшихся прежде в мою интуиционную голову.

 

Дождавшись, когда спецслужбы и мусора уберутся восвояси, это было уже где-то 5:30 утра, я стремглав выбежал в падик с последней сижкой, спешно бегло обследовав крышу, убрал взгляд, который осекся о подозрительное темное пятно, оставленное на крыше «Сбербанка». Еще не отрезвевший, а как бы на кумарах, накрученный адреналином и закравшимся ужасом драмы, мозг

балбесило, но сознание отгоняло реалистичную версию, что это кровь подметенных внутренностей черепной коробки друга твоего детства, курившего китайскую дурь вместе с тобой несколько часов назад, а никакая не лужа от уже впитавшегося после бури дождика.

 

Как выяснилось вечером от другого соседа, одноклассника Давыда, Радея, он действительно скинулся, причем подозрительно отчайски старательно. После нашего расхода, как стало очевидно последнего, Давыд отправился в ванную, видимо с целью спокойно похуендровить или поколоться со всеми вытекающими эффектами, укрывшись там под видом мытья от вернувшейся с работы матери, могучей сельской женщины, чей крупный силуэт вряд ли намекал на её работу машинисткой в конторе или гос.типографии, а скорее на тяжкий труд в прачечной промышленного масштаба, либо заводской работе бывалых советских нагрузок , ну или женщины-строителя.

 

Вообще, как она рассказала Радею, ее сын парился в ванне более 4-х часов, после долгих ее стучаний в дверь и просьб открыть, тот вышел голым красный от пара с совершенно отсутствующими глазами, тяжело задыхаясь, ринулся напролом через коридор и зальную комнату, ведущую к лоджии, мать, естественно, поняла, что ему плохо и последовала за ним, тот, вытаращив шею, пытался перекинуться за карниз несколько раз, она пыталась удержать сына, но тот грубо отталкивал ее, продолжая  отчаянные попытки то ли вдохнуть свежего воздуха, то ли уже задохнувшись в конвульсиях, слететь не мучаясь, как я понимаю, мать, в очередной раз оттолкнутая на бельевые веревки, упала затем на пол, в это время Давыд, оттолкнувшись на икрах, как бы пружиня цыпочками на трамплине, вылетел в окно 6-го этажа своей лоджии на злополучную крышу «Сбербанка», хлестко расколов моментально череп, его мозг хлипко выскочил наружу, раздался неприятный звук хруста костей и шлепок массивного тела, а Радей все это уже видел с остановки, встречая знакомых, приехавших к нему из деревни, он сразу же конечно ринулся спасать, естественно, безнадежно выбил форточку подъезда, чтоб попасть на крышу пристроя, куда выпал его товарищ, поняв по открытой части головы, что все бесполезно, накрыл распаренное еще сильно тело друга своей курткой, вызвал спасателей, полиция и скорая явились автоматически, им оставалось разве что констатировать несчастный случай либо смерть по причине суицида и соскрести мозги и собрать останки крупного тела Давыда в свой казенный прорезиненный и безнадежный служебный мешок. Похороны прошли в Титеево, на родовом кладбише семьи, было много родственников, одноклассников и друзей, Тимодя, естественно, не пришел. Так как и я и другие его предупредили, что братья и сестра на него думают, что тот поспособствовал, якобы навязчиво предлагал покойному и китайские смеси и более тяжкие соли, вернувшись со своей реабилитации «12-ти шагов» и начав с ним употреблять, на чистую кровь по-новой пустившись во все тяжкие. Что было, как я почувствовал интуитивно, недалеко от истины, зная эгоистично-нарцистичный характер Тимоди и его тягу к удовольствиям и приносу её окружению.

 

Так недели на две все утихло, сразу после похорон мне чуть ли не чудом удалось выдернуть тачку с штрафстоянки за 40 косых, набежавших за неполный месяц ее там проживания. Начал ставить пиявок, всячески очищая организм от так поспешно загадивших его веществ и сиг с алкашкой в меньшей степени. Вспоминаю, что день рождения провел тихо без торжеств и не помню, что кто-либо поздравлял меня кроме отца и живущей в Подмосковье мамы, поставленной в очередь на попечение престарелой нездоровой бабушки. Ездил менять тормозные диски и колодки с другом, живущим в модном сотовом купольном доме на южных просторах края, когда вернулся же с машиной восвояси, заскучав на работке, принялся за старое и кажется снова либо с чьих-то угощений, либо на шару, развозя хуендрузей по закладкам и их адресам по мелочи. Собственно особо яркого ничего вспомнить не удается, чего то, что обострило б момент настолько, что бы гореть-писать.

 

Наступил август. Все чаще испуганный, но грубый, не спавший никогда, осипший от мокроты голос в машине вопил:

 

- Волод , поехали!

 

- Куда поехали??

 

- Отсюда поехали, отсюда поехали!! - не понимая зачем, но будучи особо внушаемым под веществами, вез товарищей в более безопасное место, которое в несколько мгновений становилось проходным или призрачно подозрительным, иллюзорно конечно, от карфентанила происходит мощное преувеличенное обострение восприятия слуха и бдительности, что приводит прожженных либо с ослабленной психикой пассажиров в ужас (адреналиновый шок) и панику кажущейся приближающейся опасности в виде голосов, звука мотора «бобра» марки УАЗ или более модного уаз-пэтриот, света фар преимущественно круглых бобровых и прочих галлюцинаций, навязчиво высаженные на которые, пассажиры обламывали и переключали остальных трипующих в это неприятное состояние, видимо рефлекторно или чтоб не страшно было сходить с ума поодиночке.

 

На адреса ездили часто, с завидным постоянством, бывало, не спали по недели или больше, реальность естественно по-летнему беззаботно и незаметно спускалась на дно. Переутомив себя волнениями на работе, где работал и отец начальником отдела, решил, чтоб не мучать его доносами коллег за свои неявки и систематические опоздания, написать заявление об уходе. Стремительно, и с первого раза нашел не более далеко находящиеся авто-суши с не напрягучим режимом работы и ежедневной оплатой, что позволяло каждую ночь продолжать свой хуендровный марафон по волнительным адресам с закладками и раскумаренным явкам. Проехавшись порядочно по днищу своего города и повпускав хуендрузей в свое новое рабочее пространство, я спустился практически на состояние получеловека с взвинченными нервами, постоянно разширенными зрачками, впалыми скулами на распухшей, с воткнутым в нее тонким телом, воспаленной голове.

 

На работе в один кон объявился Краснелли, тип инфернально странный, по мощности и энергетике перегруженно рабочинской напоминал покойного Давыда, занимался тяжелой опасной работой по сборке кранов на стройках города и пригорода, что не мешало ему никогда не останавливаться по хуендрыжной лестнице, не менее чем экстремально рискуя по рабочей. Красное круглое лицо, массивное коренастое тело имело сходство с истеричной спортивной семейной свиньей. Вновь верещал в возмущенном панической нуждой хуендрыжном ужасе голос:

 

- ВОЛОД, ПАЭХАЛЭЙ!

 

В ТОМ САМОМ тревожно-эйфоричном АВГУСТЕ побывали первый раз у него на садовом участке и на лодочной станции, находящейся в укромных окрестностях нашего глубокого кишлака. А именно первый конкретно раз был в неадекватно пьяном виде вдобавок за рулем, ведомым пугаными хуендругами, а вот второй запомнившийся раз именно в августе был после 3-его эпизода с погоней и дпс.

 

Это был очередной 2-х-3-х недельный трезвый перерыв, я с отцом ездил двое выходных на базу отдыха на живописнейшем волжском заливе, где он отдыхал полноценный отпуск, как он говорил иронично, это - первый отпуск в жизни, его никуда не выдергивали по работе, там также ему приставленный внук, а именно приемный сын моего брата, отца-панк тусовщика, которого убили в кузьмичовой перестрелке в ночном баре, пару пар лет тому назад.

 

Мальчишка, поистине интересный и приятный ребенок 4-5 лет от роду, абсолютно непосредственный, там сроднился со мной и гордился ходить вместе и фотографироваться на фоне моей немецкой иномарки. Учил его плавать, вернее, резвиться в воде, катая его на шее, сам плавал то и дело нападая на отца, притворявшегося то акулой, то торпедой. Разок чуть не утопил и испугался, а тот прихлебнул воды, но пронесло.

 

Как выяснилось, парень и правда незаурядный, был с самого рождения предоставлен самому себе или "бабышкам!", - как он любил приговаривать, отвечая на вопрос, куда он поедет после. Гуляя по пляжу, мог неуправляемо вести себя, бес спроса забирая игрушки у детей всего пляжа и играя совершенно невозмутимо при их изумленных родителях, затем, например, мог распотрошить сумку и играться с вещами чьей-то остолбенелой мамаши. Как-то в воскресенье, собираясь уезжать в город, проходясь ним по вечернему пляжу, наблюдая приближающиеся тучи, грозно стремительно несущиеся с западной стороны, я сомневался, ехать или не, мало ли, вдруг ебанет шторм с ливнем, когда буду подниматься в гору по 4-5 км нефтепроводу, может смыть заднеприводный автомобиль,  хотя в гору он обычно идет лучше, нежели в горку задним ходом зимой, но может стащить, например, колеёй и скользнешь под гору в овраг или обрыв. Мальчик, лазя по турнику-солнышку, вдруг промолвил так неожиданно вкрадчиво, будто читая мои мысли или остро чувствуя настроение :

 

- Дядя, я тебе помогу, езжай спокойно! - меня как током ёбнуло, собрав вещи, быстро сразу доехал в сильнейший шторм почти на парах оставшегося бензина, долитым коллегой из местной бензопилы.

 

Тут, перелистнув страницы времени, можно вспомнить случай, уже будучи в октябрьской завязке

поехали с отцом на его машине мне за пиявками, так как я, завязав, тут же подхватил то ли тромбоз то ли фурункулез из-за снизившегося на синдроме отмены иммунитета, как ни странно обострившихся после острого момента, когда готовясь к драке с рецидивистом из-за ломбардных его махинаций с чужими вещами (он подставил меня, впрочем, не важно как, подозреваю теперь, что они с хозяином решили сделать меня виноватым попросту из-за того, что я оформлял сданный ими инструмент на свой паспорт), поотжимавшись, поподтягивавшись и побив стены квартиры, я ринулся на стрелу, однако как оказалось, меня резко остудила их невозмутимость и курение на фольге очередной отравы, которую думаю Рампуля приберег для такого щита, в общем, нечего размазывать, похуендровил соли, остыл резко, видимо обезвожило, видимо ударило по сосудам, особо после пива с 6-ю плюшками на морозе и снюханного мефа, который появился в самый разгар разборок с ломбардщиками, которые скрытно выставили вещь на продажу, якобы с моего разрешения.

 

А когда, купив пиявок, ехали завозить меня домой, малыш вдруг попросился помочь довести меня до квартиры, причем он не был в курсе сильно загноившейся ноги и лицевой части черепа. Видимо, снова он ясно почувствовал такой тревожный момент.

 

Но вот остатки бурного лета не давали покоя и как назло начали солиться пуще прежнего уже появившейся более мягкой и вкусной голубой солью в крупных кристаллах, которую начал пробовать в нос, что привело к большей тяге и непредсказуемым настроениям. В один из таких дней, озакладившись всей бандой, включая даже тимодькиного соседа по даче Балдоса-Лампоса, коий любил повысаживаться на бояки, особенно навязчиво и заразно, чем обломал весь безмятежный приход от блюберри -синеголубой или бирюзового цвета соли, опиоидного эйфоретика, которым на этот раз мы, затарившись лампой в автомаге и всем необходимым, включая трубочки от коктейлей или сока и пиво по минимуму, ибо не хватало на бензин, двинулись курить в лесополосу на окраине города, где мы все и жили, вечер проходил в машине, как обычно я ставил любимый опиоидный "протекшн" ранних «Мэссиваттак». В общем, как и писал, Балдос всех пугал и высаживал, и крысил, и тихушил соль, что всем очень не нравилось, но все надеялись на продолжения, которого толком не последовало из-за перегоревшей лампочки в пустоту, по итогу я еле его из машины вытолкнул, еле избавился от навязчиво липкого молодого солевого наркомана, щипача и крайне мутного дегенерата и блотаря. Тут осадок от такого общения и жор хуендрыги как никогда ранее застукал меня на пороге квартиры, я, чуть не плача, молил, чтоб хоть щепотку дали покурить или лучше "колпак" сигареты, черпачок-выемка торца фильтра, как у «Парламента» появился в этот год у предприимчивых табачных производителей даже таких марок как мужицкие "LD".

 

Часа в четыре мне позвонил Картошкин, паренек, сильно похожий на блотаря одноклассника мишарско-татарской рыжеватой уродливо-харитонской внешности и Краснелли, которого уже упоминал. Предложили съездить на адрес, ибо поняли, приняв, что у кого осталось, что без забирающего Балдоса приход по истине пиздат.

 

Я, не долго переживая, ринулся к машине, но, осекшись, что бенза едва хватит, дождался Картошкина и мы тронулись на парах до ближайшей заправки, по дороге к адресу нас запечатлела камера КРС и обявили копы план" перехват", подрезав нас коряво и не тактично прямо пред домом с закладкой, повезли в управление, оказалось, что машина находилась в федеральном розыске из-за злосчастного Тимоди и его катаний на моей машине, которую, впрочем, доверил ему я сам. Снова штраф-стоянка, но перед ней копы помурыжили изрядно, исполняя, что будет хуже, дескать, если я не сдам с поличным Тимодю или хотя бы чтоб он открыл мне дверь и они его схватили б и повезли на освидетельствование в Наркодиспансер. Я как мог съехал с поставленного предложения, двинулся к машине готовить ее к полному шмону и штрафстоянке, нашел стольник и несколько бутылок с дырками и прочих трубок подозрительной конструкции, естественно, все выкинул осторожно, и отправился к на дачу к Краснелли, которая находилась в паре остановок от этого РУВД.

 

После передачи тачки эвокуаторщикам, побрел с найденной свернутой трубочкой фартовой соткой в сторону автобусной остановки, проехав несколько остановок, вышел рядом с переездом ж.д. и побрел через ж.д. мост по ж.д. путям до Крсанеллиевской дачи, как оказалось, обманчиво кажущейся укромно спрятанной от гос. инквизиций и свирепой огромной жены Краснелли. Которая как-то в день рождения мужа, которое мы втихаря отмечали лампочками с плюшками, тихонько подкралась на бесшумной китайской иномарке, чуть шурша щебенью по садовой дорожке. Мы поздно это обнаружили, но успели повыскакивать из избушки, я стремительно взобрался на крышу, какие то ребята за забор, а Тимодя, то ли от трусости эгоистичной, то ли от недостатка фантазии, то ли попросту от подлого пофигизма, вышел тупо из калитки на аллею, где уже стояла ее машина и она отчитывала раскрасневшегося, но пассивно оправдывающегося Краснелли, дескать скрысил ты, милый, свой ДР от меня. Вспоминаю наезды и на лодочную станцию, которая в паре км от дачи и казалась спокойнее и безопаснее не взирая на надзорные катера и рыбаков со своими уазиками и нивами. Редкое место, если кто хочет, как-нибудь съездим, покажу тайну, если к тому времени не убьют, к тому же там прекрасный вид на северо-западное побережье городка на фоне волжского заката.

 

Близилась осень, я уволился из ЦНИИ, сразу устроившись в суши из которых безразумительно вылетел, напускав хуендрыг от скуки малозаказной , был предоставлен самому себе в павильонах

промзоны и как-то в выходной въебался в жопу «Ладе Гранте» с колхозной парой мишар, когда направлялся пьяный и обхуендрыженный с Краснелли на очередной адрес закладоса. Только отъехали, шел дождик, и, не успев вовремя затормозить на полном почти впёрся на крайней левой, в разворачивающуюся проклятущую гранту, которая не факт, что была потерпевшей стороной в итоге, часа 4 там провел на месте ДТП своего первого настоящего опасного, где Краснелли, наряду с прочими хуендрузьями, оставили меня, уехав за дозой своим ходом и похихикивали на до мной с обочины, поправившись ей изрядно, причем за мой же счет купленной, но, однако, я урвал пару сиг забитых и вроде б в колпак, по носу даже одну перехватив и скурив в одного в салоне своей многострадальной тачки с выключенным светом, но меж сидений был все же просвет где можно было увидеть проезжающим копам человека, затягивающегося странной сигаретой с острым химическим запахом и бутылку с дыркой, в которую через нее и плавил запретные кондитерские изделия, пекущиеся через пластиковую емкость через выпаянное отверстие. После чего на приходе с новыми силами ринулся наобщухивать мишар новыми неистребимыми братскими речами, играть в ровного пацана, которому не фартануло и оттягивать время, чтоб в итоге сдвинуть их с места происшествия по возможности как можно дальше, тут как раз подоспел на подмогу не пуганый как  прочие "друзья" хоть был и ливень, рецидивист Рампуля и начал активно прессовать и раскидывать хитрым татарским обаянием нерадивых абсолютно рыжих и кожей и мехом и похоже и нутром поганых терпил-мишаринов .

Неприятную очкастую, но кажется без очков песду и мужа каблука, которых местами и я напугал сначала напором выдавливаемого сочувствия, после игнорированию их жалоб и угроз вызова ГИБДД пока долбил дурь и плюхи в полуоткрытой форточке своей почти не разбитой машины, в отличие от ихней с большим смещением жопы внутрь салона; несчастная ссаная «Гранта» получила видимо по заслугам. Рампуля добил потерпевших, и я выдвинул ультиматум, посоветовавшись с его адвокатшей, которой звонили в Милан, потратив все центы на телефоне, порешали, что оставляю расписку, что обязуюсь возместить им их повреждения, даже вроде бы согласившись с их далеко не честной и не объективной оценкой жадного салона официалов из «Транстехсервис» или чего то там говна. Словом, главное было столкнуть их с места ДЦП, пока не подоспели копы и как сказала наша ушлая адвокатша, это будет их главной ошибкой в мою пользу, ибо за это разбирательство по расписке и схемы ДТП рассматриваться не станут, потому что покидание места ДТП произошло с их стороны, а если и я уехал бы, то обоюдное лишение прав грозит обеим сторонам, и всё.

 

Терпилы, единственное что, это потребовали компенсацию на месте, чтоб была гарантия, сторговались на 30к, но Рампуя быстро и мошеннически и для них и, как оказалось, предательски для меня, отжал 5-ку, сторговавшись, но я уже вызвал отца с 30-тью и тоть вручив их мне, уехал восвояси.

В общем, дело было явно удачно проведено, подбежали хуендрыги, почуявшие хэппи энд и место

погреться в машине и додолбить остатки муки либо гашла. После, как мы негласно поняли со "спасительным" Рампулей, оставалось избавиться от предателей, с понтом скупо поехав домой, а самим сжечь до тла в хуедрыжно-кристалльном дыму скрысенные у отца с потерпевшими пятёху. И мы тут же, заказав через его «телегу», поехали в соседнюю фартовую коробку подбирать клад, знатно покурив, я вспомнил об отце, на сентиментальной нотке прихода и, решив обезопасить себя и свой приход для снятия стресса позвонил, сказал, что скоро подойду, пока налаживаю машину после аварии.

 

В общем пропал, объехав всё днище рампулиных друзей и подруг, одна даже была беременная на 9-м месяце, искала с нами закладки, не найдя в 2-х местах, рыла в третьем, полола землю, яростно огрызаясь на недовольство местных утренних обывал, только к ночи она изнылась так, что если б не брюхо, готов был ее вышвырнуть из салона в лужу или грязь сентябрьскую. Так тормозился стресс после того знакового ДТП.

 

На следующий день Рампуля приехал ко мне на работу, где я сурово и полуслепо отходил от бессонных ночей последних заплывов в туман. День прошел очень темно-серо как и большинстве той призрачной поры года, единственное, что обрадовало, что Рампуля нашел у себя в телефоне микроплюшку, которая немного расслабила мой воспаленный перегруженный химией и разложившейся от нее мышечной массы в крови отяжелевший мозг.

 

Поехали спокойно, расчитав себя чуть меньше обычного, сдав ключи, Рампуля при хозяине неловко притворился клиентом, что видимо и подвело меня чуть позже. Ехали через промзону, проезжая МЭТРО и мост местного химмедфармзавода, наткнулись на патруль ДПС, дежуривший перед мостом. Решив ошибочно, что не бывает так часто попадоса подобного, решил, игноря интуитивные советы  Рампули свернуть, ехать напрямик и уже издалека жезл призвал причалить к их казённой повозке. И буквально сразу как навел кто, те служебные псы все поняли как бы дежурно прошустрив под сидениями фонариком, обнаружили булик «раифского» или «Святого источника» под водительским. Тут же, просветив мне фонариком глаза, вынесли вердикт, что я употребимши веществ, типа зрачок не реагирует и поведение не логичное реальности, не знаю уж какой из них, в которую они верят либо общую сугубо-лживо-матераиальную, смирную и послушную. Рампуля вышел также, сразу почему-то зашел с ними, а их было трое, кажется, все офицеры или один старшина из них. Все как на подбор татары оказались, что сыграло в плюс присутствию Рампули. В воздухе повисла суетливая безысходность после их ультиматума мне: подумать сдаться, отказавшись от освидетельствования или ехать сикать с ними в Наркодиспансер, где мне припишут бог знает чего, но подумав, смекнули, что неспроста они так долго ждут, хотя и подгоняют меня с ответом, я решил предложить первым пятерку, из которой у меня была всего лишь полторушка дневной выручки, включая пару левачковых заказа, прошедших мимо кассы, которой впрочем в суши баре том и так не было официально.

 

Начал суетится, услышав намек на согласие условиям подкупа, стал названивать матери в другой город, отцу; в итоге уговорил после многих презрений, поминая матом мое прошлое ДТП отплатить отца, ментам перевести 7 или 8 тысяч на их карточку, они, схавав это с большим недоверием, приказали следовать за ними через мост.

 

Выехав на следующую после моста улицу, они велели нам постоять так десять минут после того как я по громкой связи продиктовал уже пришедшему в банк отцу номер их карты и они после того, как убедились, что тот уже набирает в банкомате, сказали ждать и если через 5 -7 минут деньги не переведутся, те объявят «перехват» на меня и что я, отказавшись от освидетельствования, спешно покинул место задержания.

 

Оказавшись уже без копов в закрытой теплой машине, меня озарило: «- А где же обязательные нововведенные ведеокамеры на их форме? И собственно протокол задержания меня??» Я, не долго раздумывая, решил уходить окольными путями пусть 90-95 км/ч, но прежде попытаться еще перехватить отца с переводом им на их продажную карту и таки перехватил, позвонив, когда тот донабирал уже последние цифры! Очень ярко повезло тогда, буквально вырвало из цепких лап настигающего возмездия за все кайфы и беспечные обманы лета.

 

Ещё опишу одну пару раскумаренных явок.

 

Не помню до или после этого всего, но скорее до, поэтому камбэкнем в начало сентября, было вполне себе солнечно и терпимо тепло еще днем по +20°С, ночью сырец +7 +10°С.Я уже порядком отяжелел, устал и обалбешенно терял человеческий облик, плохо шел на контакт с родственниками, ибо тоннельное мышление в туман кристальных солей сужает всю мотивацию и интересы строго на себя и их поиски.

 

Не помню почему был досадно агрессивен ,видимо скорее всего что устал от квартета или квинтета компании солевых, потому что еще и люди крайне несовместимые были. Да, солярка объединяла все виды людей, которые без тяги на нее никогда бы принципиально не стали общаться между собой и скорее всего бы не встретились вовсе. Как избегают доноры своих энергетических вампиров, но притягиваются к ним.

Частые ненаходы до ужаса утомляли, когда по 3-4 часа ищут 5 человек, палятся во дворах, где в соседнем доме МВД например, а ты еще и сам не трезв и вдобавок за рулем и до кучи минимум двое из них давильчески общаются, принимая как должное, что ты их возишь на своей весьма не дешевой машине, которая из-за них разваливается на ходу и пахнет дымящейся медицинской химией, гашишем и их выделениями и регулярно встает на штрафстоянку, волей-неволей тут я стал дистанцироваться, но они снова искусно подлизывались, и шло по старому; я ввёл в строгость - начал позволять явки не более двух человек, то есть тупо я и подельник, кооперировавшись, ехали искать на адрес. Чаще это был Рампуля или Краснелли, но и так тоже случались ненаходы, бывало по два раза подряд. На тебе пример: был случай как в ливень мы с Краснелли поехали в пригород, где он заказал полик муки или кристалла, там был поворот через дорогу от местного ГНК прямо на окружной трассе по краю города, который поворачивал в поселок недалеко метров на 500 углубившись, упирались в церковь возле которой был пятачок для машин и разъезд дорог в разные стороны, по присланной карте закладки он был спрятан прямо на против церкви, так мы начали полоть всю траву и землю и плинтусы сарая, указанного в смс, ничего не найдя и основательно промокнув, съездили в «Оби» за фонариком, но это стало ещё подозрительней, хоть был ливень, к нам присоединилась молчаливая собачка, которая будто помогала искать наш товар, царапалась в двери машины, когда заходили греться, также молча без единого «гав!» проводила нас, и мы уехали ни с чем, но вот заказали с досады сразу в этом же районе, теперь уже напротив дома ГНК, я сразу почти нашел, причем наугад, отчаявшись и без интереса начав искать, чтоб быстрей уехать из опасной местности подозрительных рысканий на подозрительной криминальной машине 90-х годов. Жадно курили через фольгер в машине, стоя во дворе соседнего от Краснелли, он мне прилично оставил сам испуганный как поросенок убежал к жене, наверняка догоняясь в падике на площадке для храбрости перед встречей. Я, оставшись, долго буксовал с мыслями, стараясь собраться и уехать максимально осторожно, в тоже время с сильно возбужденным либидо, иллюзорно неестественно конечно.

 

В один из похожих но сухих вечеров Тимодя попросил, сразу предупреждая, зная о моих предубеждениях о несовместимости и дисгармонии в моей машине нахождения его друзей, сказал, что ребята продвинутые позитивные, один Гога, чемпион РФ по бодибилдингу, второй трансер и местный ОПГшник. Съездили на пару ненаходов, от которых, как оказалось, будто никто не расстроился, или бодро делали вид, вернулись на газголдер, где разбили незаводящуюся машину, из-за севшего аккума от иллюминации, оставленной для идиотской фотосессии Тимоди, приехал таксист, вызванный, чтоб только прикурить машину, не захотел снимать аккум свой и робко уебал восвояси без денег, однако мы успели зарядить таки аккум крокодилами. И тут же улепетывали в ломбард сдать вещи Максиля и Гоги, чтоб нахуендружиться и набухаться у него на даче не далеко от леса, где был трафик по координатам поиска по широтам той же соли, магазин там закладывал в общем. А Максиль будто хотел прощальный золотой лампос устроить, продав в ломбард айфон, выкинул симку в форточку, в общем пару дней мы тусили с ним то у него на даче, то у меня, пока до вечера отца не было, на третьи начались ненаходы, но мы как то, сдав уже телек мамин, умудрились обсолиться туманом лампы, и расстались в полнейшей пустоте, уезжая с его дачи. Он поймал сильную панику и мы, успокоив его, вернулись домой , где меня балбесило как хуй знает кого, я метался по квартире, в надежде что то найти, то найти , после скурив все подъездные бычки, устроил терапию: помылся горячим, потерся сильно мочалкой, поел пищи через силу, полежал. Не поспав, естественно, и отправился с Тимодей сдавать в ломбард свою камеру. По дороге, отвыкнув от того, что тормоза со сломанным ваккуумным насосом работали только прижатой педалью в пол, чуть не сбил женщину перед самым ломбардом, даже толкнул её, она словно интеллигентно стесняясь, улыбнулась, лицезрев нас в полнейшем постнаркотическом шоке; да, кумарило плотно панически , соль голубая опиоидная хозяйничала по психике и рассудку весьма беспардонно и вольготно; сдав за тыщу старый фотик, поехали взяли коньяк и вызывали дилера с плюшками, который, приехав, сказал, что Максиль выбросился из окна час назад. То есть спустя часов 5 после нашей встречи.

 

Вообще описал основные тяги и побочки этих веществ, отчетливо отдаю себе отчет, что посидев так плотно на них 3-4 месяца, врагу бы не пожелал такого. Коварнее всего, что я пробовал. По статистике сильнее героина в 30 раз. Около 20 000 самоубийств и смертей, чаще всего задохнувшихся от карфентанила. Именно тяга сильней и изощреннее. От гречки более-менее научились спасать, лечит и эффект её более природный, предсказуемый. В крайнем случае, у самых безнадежных удаляют центр удовольствий и тот овощит на нуле либо на дискомфортной аскезе восприятия остаток дней. Соли, мука кристалл синий, белый, черный, зеленый являются сильными нейротоксичными ,что перестраивает мозг необратимо и у всех эффект примерно одинаковый, меняется модальность жизни, направление в тоннель, через трамплин пивко-гашек-хуедрыга, бутылки с дырками и лампочки-бонги.

 

Все эти рассуждения ни что иное, как гоняние тяг этого вещества, то есть, как бы я не говорил, что всеизучил, все изнанки всех состояний на себе, сколько видел самоубийств и существ, спустившихся свершины на дно пищевой цепочки или днища человеческого.

 

Например, с покойным Максилем в ночь ненаходов накануне его ухода в окно, он подтянул типа поимени то ли Илья то ли Ильшат не помню, но вид у него был бродяжно-робингудный, он шел какДжим Мориссон, по середине дороги типа король улиц на приходе, видимо давно на учете, и, неостанавливаясь, пустил под откос всю свою реальность.

 

Еще вот вспомнил одну из грустных научных статистик из побочки: от регулярных солений воблы необратимо распадается ген ДНК человека за полгода примерно и как следствие развивается

бесплодие.

 

Также появившаяся не так давно более мощная розовая кристальная соль имеет подчеркнутый зомби-эффект, все эти ролики с инета с голыми зомбарями, носящимися или агрессивно кривляющимися, голым таксистом, дрочащим жопу, грозящим сам себе в зеркало машины, особо сильный стимулятор метамфетаминовой группы, с таким зомби не могут справится целым нарядомполицаев или спецмедпомощь. Такая соль блокирует важные дофаминовые рецепторы и блокируетработу почек из-за отмирающих мышечных волокон, попадающих в кровь, образуя тромбообразные заторы и язвы. Температура тела во время прихода повышается до 41°С, отчего и яростное срывание одежды на публике в разгоряченном стимулятором бреду.

 

Все эти коллективные высады в состоянии мнимой безмятежности, когда такого торчка может убить хлопок в ладоши, скорее всего, гопника в подъезде, от адреналинового шока либо блокировки тех отделов мозга, который отвечает за вдох и выдох или замирание дыхания, типа как "перехватывает дух" в настороженном бдительном испуге разведчика или шпиона.

 

В общем, данный опус прошу не считать пропагандой запрещенных веществ и их употребления, хотя убежден, что любое, пусть даже самое критическое осуждение приводит к той же устойчивой накалённой тяге или подогревает даже более интригующий интерес, как оказалось на поверку. В общем, мне все равно, болеете ли вы за меня, а я за вас переживаю, что кто-то станет такими темпами эпидемии птицами, но ежели что я предупреждал: "Улетишь в окно гусём ".

Эпилог. Тяги в клетке

К концу года, посидев на одной тяге пару месяцев, притормозив с сигаретами и всем остальным, начал постигать плоды системной расплаты за летние угары, продинамив суд с ДПС-никами, поняв и без него, что прав лишился, пришла смс-ка-повестка на второй суд уже в полиции. Приходил в три утра, но получилось попасть на суд на третий раз. Участковый - ущемленного вида татарин мучал жалкими обещаниями всего лишь штрафа и извинениями за постоянные опоздания на час, на два. Наконец на третий раз на вторую неделю попыток осудиться, меня закрывают в отдел на целый день в ожидании суда. Должны были везти, но предпочли не напрягать господина его высочества судью, который по скайпу влепил мне арест, ни секунды не размышляя ни о раскаивании, ни о примечаниях дежурной, что мол приходит в третий раз сам парень и точно недоразумение мол…Было ощущение, что его просто разбудили на суд, когда он спал на столе, видны были краем экрана локти и как он вздрочился от третьего звонка подряд, сразу отодвинув от себя вебку или монитор с камерой.

 

Повезли в спецприемник, меня сковали наручниками с двумя другими типами, один из них мужик лет сорока высокий худощавый с быдловатыми замашками, срал ментов, вызывающе, и общался

грубовато скучающе со всеми, кто ему попадался, второй, заряженного вида дворник черный татарин. Приемник, где я провел четверо суток, был расположен в старой живописнейшей части города, вместе с тюрьмой "Двойка" на берегу Волги. Сохранилось чувство, что некое провидение подсунуло мне то время с одной стороны для печального вердикта больше так не делать и размышления о смене образа жизни. В тоже время чувство, что мол не особо хуже чем на воле, кормят не плохо, жизнь предсказуема, дружный коллектив в хате, приколы, игры, книги, чифир, спокойствие санатория для дефективных. Естественно, большинство осужденных солевые, разговоры в основном о ней и ее производных, что весьма утомляло, но все равно все продолжали это обсуждать, гонять тяги так называемые. Это выяснялось спонтанно на прогулке на улице в клетке двора, люди сами выкупали, кто за соль, кто нет и в основном попадали безошибочно, хотя мне говорили многие, что сам я не похож на такого и, не зная подробностей, увидев на улице ни за чтобы не подумали, что я плотно употреблял вещества. Сами обсуждения за соль и прочие мутки постоянно пресекались, но, расслабляясь от скуки, все равно возвращались к подобным самогоняющим непроизвольно тягу темам повседневных бесед.

 

Со мной отбывали хирург-игроман, должный миллионы полгороду, еще был жилковский вор аферист- рецедивист моих лет, потом один качок семидесятилетний, косящий под блотаря, принятый за распитие батла водки в сугробе от зубной боли, 90% солевых во всей общей клетке и один интеллигентный трогательный бомжик с голосом репера Овсянкина. У одного костяного индейца-татарина был шрам-лунка от ранения аккурат повыше межглазья, пуля осталась почти посредь и вставлены спицы вместо костей бедра из-за фронт-киков от кикбоксинга. Жарили чифирь, ржали ночи напролет, шахматы, сика, мандавошка, радио, стеллаж книг, корм не хуже домашнего, полицаи человечные, прогулка с телефоном после завтрака. К туалету не мог привыкнуть разве что, не срал 5 циклов, параша на пьедестале почти посреди хаты с мини заборчиком, стыдливая с хлорой и ржавым очком по классике. А так ну все почти блатно-манерные, но было супер позитивно, всё по канонам  движухи лагеря, нахождение в "общей", разве что общака не было кроме общих сигарет и посылок, и "дороги" с другими отделениями и соседствующей тюрьмой. Как случайно выяснилось в последний день солевой аферист, ожидающий суда по нескольким статьям и эпизодам в том числе и по народной 228-й и мошенничество за взятия кредитов за дорогие айфоны по 70-80 тысяч в одном и том же МТСе на чужие доки, вклеив свою фото, пересекался с моими бывшим подельничками Краснелли и Рампулей на одной явке при весьма не дружественных обстоятельствах, чуть ли не превратившихся в гневное карание, за запертую ими его молодую жену, вызволенную выбитой

дверью «Гардиан» или другой фирмы, делающей подобные адские псевдонадежные громко

хлопающие вечно громыхающие слоистые жестяные двери.

 

Оказалось, Краснелли и Рампуля замутили явку с его женой и ее подругой с кучей солей и прочего, а мой сокамерник, узнав об этом, ринулся вырывать жену из солевых лап моих подельников , которые либо хотели попользовать ее нычку либо уже попользовали, что так и не выяснилось, причем тему эту начал сам сокамерник, случайно ее раскопал по именам, интуитивно как бы догадался что это именно они по приёмам внешности и совпадениям, сам себя разозли и раззадорил и просил меня передать им по освобождении, что зарежет их за 1900 рублей, на которые Рампуля его кинул, когда они, как выяснилось, вырулили на мировую, коопернувшись на соль, когда вор сломал им дверь, забирая свою жинку на их съёмной хате в районе Даурии. Любопытно, что именно так сложилось, что и определенная миссия ждала меня за исправительной административной решеткой, может для того вора своего рода знак, что нужно рвать отношения с этой бабой, хотя та исправно приносила посылки и бдившие надзиратели еле успевали запрещать им целоваться во избежание переноса веществ и режущих предметов во рту, либо чтоб Краснелли с Рампулей как-то осадить за их перегибы и кидания ровных людей.

Ян Куян