УЧОРА I ЗАЎТРА ПОЛЕ БIТВЫ РУСЬ

Как выглядела бы война между Великим княжеством Московским и Великим княжеством Литовским, Русским и Жемайтским в современную медийную эпоху? Ругали бы друг друга ляхами и ордынцами, полуверками и схизматиками, правильными и неправильными православными?

История восточных славян показывает, что им трудно отстать друг от друга. Слишком много связывает наши народы. И идейного, и материального. Разговоры о том, что один это народ или три (четыре) народа, это чаще всего формальный разговор. Если говорить предметно, то прошлое, настоящее и будущее этих народов предельно переплетено. Эти народы вынуждены, радует ли это одних и печалит ли других, сосуществовать не просто рядом, но постоянно влияя друг на друга.

Если украинцы и русские выбирают то, что можно назвать прозападным либеральным путём, то они вынуждены выбрать его вместе. Если они выбирают путь, который можно назвать евразийским консерватизмом, то они также вынуждены будут сделать это вместе. Если они сделают выбор в пользу власти рабочего класса, то это также придётся сделать вместе. И только один из вариантов — это путь равенства, сотрудничества, самостоятельности, взаимоуважения, любви и братства, в котором никто не отрицает существования другого, не пытается искусственно уничтожить самобытность друг друга или не считает другого порождением Мордора.

Украинцы, белорусы и русские, выбирая разные пути, неминуемо будут вести дело к острейшим конфликтам, в конечном счёте к войне. Эти конфликты всё равно приведут к выбору общего вектора. Не стоит рассчитывать на размеры и количество, как могут надеяться сторонники великодержавной русской идеи. Побеждать будут более консолидированные. Разбитые армии хорошо учатся, разбитые нации хорошо учатся. Впрочем, случись так, что менее многочисленные, но более консолидированные окажутся победителями, то им также некуда будет деться от побеждённых. Им придётся тащить побеждённых в тот вектор, который они избрали сами, потому что будет просто опасно оставить побеждённого наедине с самим собой.

В этих конфликтах мы не будем находить надёжного союзника «из вне всея Руси», кто бы из нас себя в большей степени ею не считал. Ключевое слово — надёжного. А где будем находить этих надёжных союзников друг против друга? В ходе каждого такого конфликта, в пользу или против чего-либо, некоторые русские будут давать добровольцев против многих русских на сторону украинцев. Некоторые украинцы будут давать добровольцев против многих украинцев на стороне русских. Будут русские, заявляющие, что им стыдно быть русскими. Будут украинцы, отрекающиеся от украинства. Будут русские, заявляющие, что большинство русских обезумело, и будут украинцы, заявляющие, что большинство украинцев обезумело. Будет риторика расчеловечивания держащихся обратного и риторика того, что собственные несогласные — враги. Не стоит удивляться и заламывать руки относительно этого. Кому гуманитарная катастрофа, а кому Вальхалла.

В России, Украине и Беларуси наш класс, пролетариат, не говоря о наших народах, живёт под сильным прессом идейной гегемонии буржуазии. Русской, украинской, белорусской буржуазии. В Беларуси, Украине и России правит буржуазия. Государства эти буржуазные. Большинство наших братьев (речь не про славянство, а про рабочих) находятся под прессом взгляда соотечественников. Взгляда, которому большинство рабочих пока неспособны сопротивляться. Тем более рабочий класс не осуществляет собственного пресса взглядом над своими соотечественниками других классов. Он не имеет организации как для гегемонии политической, так и идейной гегемонии, являющейся базой для политической. Всё это только предстоит создать.

Украинские рабочие в условиях революционной ситуации 2013-2014 гг. не смогли поставить себя как субъектный фактор. Они избрали путь уничтожения друг друга по разные стороны украинской гражданской войны между разными группировками буржуазии в условиях российской интервенции. Белорусские рабочие в ситуации острого политического кризиса 2020-го года показали себя заметно, но, опять же, не были самостоятельным фактором, субъектом, классом для себя. Русские рабочие в этих условиях пока выглядят ещё грустнее, наименее заметно. Впрочем, это производное от буржуазных обществ соответствующих наций. Не рабочие диктуют буржуазным обществам своих наций, а буржуазные общества этих наций диктуют рабочим.

Исходя из вышеизложенного. Случись взятие власти украинскими рабочими в Украине, то пролетарская Украина неминуемо столкнулась бы с буржуазной Россией и буржуазной Беларусью. И тогда многие сегодняшние сторонники буржуазной Украины, находящиеся ныне в состоянии войны с буржуазной Россией, искали бы союзников в лице этой самой буржуазной России. Случись взятие власти русскими рабочими, то пролетарская Россия неминуемо столкнулась бы с буржуазной Беларусью и буржуазной Украиной. Свергнутая же русская буржуазия видела бы в буржуазной Украине и Беларуси союзника и базу для нападения на пролетарскую Россию. Возьми власть белоруские рабочие, то они бы неминуемо столкнулись бы с буржуазной Украиной и буржуазной Россией.

В каждой из этих стран рабочие одной страны искали бы союзников в лице собратьев по классу в другой. Так же как сегодня разные группировки буржуазии этих стран сегодня ищут союзников в лице схожих с ними группировок в других упомянутых странах. Прозападные либералы России сочувствуют и видят союзников в лице прозападной либеральной Украины, а евразийские консерваторы (прикрытые квазисоветской риторикой) Украины видят союзников в евразийской консервативной России и Беларуси.

Но сколько не рой канаву на границе, выставить вёсла и отплыть нам друг от друга на расстояние достаточное, чтобы никак не влиять друг на друга, не получится. Пускай это знает каждый украинец, каждый белорус и каждый русский, вне зависимости от своей социальной принадлежности и мировоззрения. Таков пролетарский взгляд на братство небратьев или небратсво братьев. Впрочем, нам может оказаться веселее в XXII веке палить в друг друга из космических лазеров, ну или дробить друг другу кости каменными топорами...